В эстетике наиболее важной для ее последующего развития оказалась содержательная трактовка Гегелем прекрасного как «чувственного явления идеи», причем акцент в понимании эстетического был сделан Гегелем на том, что идея берется здесь не в ее «чистой», логической форме, но в ее конкретном единстве с некоторым внешним бытием. Это определило гегелевское учение об идеале и ступенях его развития («формах искусства»). Последние дифференцируются в зависимости от соотношения между идеей и ее внешним образом: в символической художественной форме внешний образ лишь намекает на идею (к этой стадии Гегель относит восточное искусство), в классической — идея и ее образ находятся в равновесии и полностью соответствуют друг другу (античное искусство), в романтической — над внешней формой преобладают духовный элемент, глубина души и бесконечность субъективности (выросшее на основе христианства средневековое и новое европейское искусство).

В лекциях по истории философии Гегель впервые изобразил историко-философский процесс как поступательное движение к абсолютной истине, а каждую отдельную философскую систему — как определенную ступень в этом процессе.

Буржуазная философия послегегелевской поры не смогла усвоить действительные завоевания Гегеля в области логики. Гегельянство развивалось скорее по линии культивирования формальных и мистических тенденций гегелевской философии. Формальный аппарат диалектики Гегеля оказал сильное влияние на экзистенциализм (Ж. Ипполит, Ж.‑П. Сартр, М. Хайдеггер).

Критически переработанная с материалистических позиций философия Гегеля является одним из теоретических источников марксистско-ленинской философии — диалектического материализма. В этом плане сочинения Гегеля до сих пор остаются лучшей школой диалектической мысли, на что не раз указывали К. Маркс, Ф. Энгельс, В.И. Ленин.